• 6 сентября 2021
  • Автор:
  • Фото:Игорь Малышев на ММКВЯ — 2019 / Фото: Сергей Климкин

Игорь Александрович Малышев – российский писатель, автор книг для детей и взрослых

Игорь Александрович Малышев
Игорь Александрович Малышев / Фото: Сергей Климкин

Недавно вышла «Песнь о Нибелунгах» в вашем переложении. Как появился этот проект?

Года два назад мне позвонил Павел Крусанов, который помимо того, что является прекрасным писателем, (это не лесть и не политес, у него действительно отличная проза), ещё работает главным редактором в питерском издательстве «Лимбус-Пресс». У меня там незадолго до этого вышел роман «Номах», посвящённый Гражданской войне и Нестору Махно. Павел рассказал, что у них есть серия книг, где современные писатели пересказывают старинные эпосы. Уже вышли «Калевала» в пересказе самого Крусанова и «Старшая Эдда» в переложении Ильи Бояшова. Поскольку военная тематика мне близка, решили, что я возьмусь за германский эпос «Песнь о Нибелунгах». Цель ставилась следующая: переделать поэтический текст «Песни» в более-менее современную прозу, максимально сохранив при этом сюжет и дух оригинала. Существует два поэтических перевода «Песни» на русский язык. Один выполнен в 1889 году М.И. Кудряшевым, другой – в 1972 году Ю.Б. Корнеевым. Считается, что первый лучше передал дух и особенности произведения, другой более совершенный с поэтической точки зрения. Поскольку средневерхненемецкого языка, на котором написана «Песнь», я не знаю, то во время своей работы руководствовался обоими переводами, а также статьями медиевистов, специалистов по истории Средних веков. Очень помогла статья советского историка А.Я. Гуревича, где он разбирал оба перевода с точки зрения средневековых обычаев и нравов. Я, насколько это было возможно, учëл замечания, приведённые в статье.
Добавлю, что полного прозаического переложения «Песни» до этого времени не существовало. Были адаптации для юношества, существенно сокращённые, но полное переложение в прозе выходит впервые.

Зачем, на ваш взгляд, пересказывать то, что можно прочитать в переводе?

Начну с того, что сейчас наблюдается повышенный интерес к эпическим текстам. Вспомнить ту же «вселенную Марвел», где фигурируют Тор, Локи, Один – персонажи «Старшей» и Младшей Эдды». Или «Игру престолов», где тоже можно найти отсылки к древним сагам. Или жанр фэнтези, который вообще целиком вырос из средневековой литературы. Людям старинные произведения определённо интересны. Но далеко не всякий возьмётся читать текст, состоящий, как в случае с «Песнью», из 2379 поэтических строф, написанных в не самой привычной для уха современного человека манере. Многих такой формат и такой язык просто-напросто отпугнут. Вот мы и делаем шаг навстречу читателям. Это совсем не означает, что произведения при этом что-то теряют. Отношение к тексту, повторюсь, самое бережное, и это основа концепции серии.

Как, по-вашему, вписываются Нибелунги (и вообще мифология и эпос) в жизнь современного человека?

Нибелунги вписываются, скорее, всë же, не в жизнь, а в современную литературу и искусство. Древние тексты создали множество архетипических персонажей. Одиссей – странник, возвращающийся домой, Локи – хитрец и обманщик, Зигфрид – идеал воителя, Кримхильда – королева, посвятившая жизнь мщению, Гунтер – несчастный муж, взявший в жëны девушку гораздо сильнее себя, и т.д.

Один мой приятель, любивший и хорошо знавший античную литературу, когда узнал, что я пишу книги, искренне удивился. «Зачем вы вообще пишете?» – на полном серьёзе спросил он. – «Ведь в античной литературе уже всë есть! Все сюжеты, типажи, характеры… Какой смысл плодить новое, которое не факт, что будет лучше старого?» Это, конечно же, крайность, но здравое зерно в его словах есть.

Читать старинные тексты, на мой взгляд, необходимо, если хочешь состояться как читатель. Понять какие-то базовые вещи о литературе и культуре вообще. Увидеть корни. Да и кроме всего прочего, это действительно интересно. Та же «Песнь о Нибелунгах» уже не первое столетие будоражит воображение человечества. Вспомним Вагнера с его оперной тетралогией «Кольцо Нибелунга», многочисленные фильмы по мотивам «Песни», начиная от «Нибелунгов», поставленных в 1924 году классиком киноискусства Фрицем Лангом, и заканчивая фильмами, вышедшими уже в XXI веке.

Почему эпос интересен обычному человеку, не специалисту, не по работе или учёбе? Что эпос может дать?

Хоть и сказано, что времена меняются, но к людям это относится мало. Даже под хорошо сшитой и безупречно сидящей одеждой цивилизованного человека бушуют всë те же страсти, которые одолевали героев «Одиссеи», «Беовульфа» или «Песни о Нибелунгах». Эпос расскажет о человеческой природе не меньше, чем самый современный психологический роман. Нравы изменились, человек – нет.

Что лично для вас значат столь древние тексты?

Я не могу назвать себя знатоком античной или средневековой литературы, но в моих книгах отчего-то периодически возникают персонажи древности. В книге «Маяк» появляются Ясон и аргонавты, в «Театральной сказке» герои встречают Диониса и его свиту из сатиров, менад и леопардов. И ввожу я подобных персонажей не потому, что хочу поиграть в постмодернизм или по причине отсутствия фантазии. Просто при этом у меня и, я надеюсь, у читателя возникает ощущение вплетëнности книг и персонажей в ткань мировой культуры, сопричастности большому, удивительно красивому и сложному миру, который существует уже много тысяч лет.

Расскажите об иллюстрациях в ваших книгах: как они взаимодействуют с текстом?

Иллюстрации в книге, несомненно, очень важны. Хороший художник не только проиллюстрирует произведение, но и дополнит его. Мне в этом смысле вообще везëт, к четырём моим книгам («Дом», «Там, откуда облака», «Маяк» и «Сланские были и небылицы») картинки рисовал Виктор Чугуевский. Он известен тем, что участвовал в работе над такими классическими мультфильмами как «Жил-был пëс», «Тайна третьей планеты», «Приключения муравья», «Сказка о глупом муже» и многих других. Я всегда с большим интересом изучаю его иллюстрации, мне нравится, как он «додумывает» и «дописывает» мои книги. Это уже в полном смысле слова сотворчество.

Над иллюстрациями к «Нибелунгам» работал штатный художник «Лимбус-Пресс» Александр Веселов. Получились они аскетичными, но, как мне кажется, отлично передали атмосферу книги и времени.

В ваших историях природа видится полноправным героем и даже первопричиной происходящего, неким веществом, связывающим весь мир в единую систему. Это отражение вашего мироощущения?

У меня всегда было несколько языческое восприятие мира. А оно, язычество, предполагает неразрывную связь всего со всем. В том числе и человека с природой. Поначалу, в детстве, это чувство было чисто инстинктивным, стихийным. Потом, уже в юности, я почитал Кастанеду, Мирчу Элиаде и это дало мне теоретическую базу, если так можно выразиться. (Смеëтся). Возможно, тут сыграл свою роль ещё и тот факт, что у меня крестьянские корни, а крестьяне всегда жили в самом тесном взаимодействии с природой. Для них вопросы погоды и состояния природы (солнце, дождь, ветер, и т.д.) зачастую были вопросами жизни и смерти. Наверное, всë это осталось прописанным где-то в моих генах и проявляется в писательстве, песнях.

Кстати, о песнях. Почему это для вас важно? Для чего вы пишете песни, играете концерты с группой «Лес»?

Музыка – это возможность побыть в каком-то ином измерении. Так же, как и чтение, театр, кино – это открытие новых пространств, задействование рецепторов, которые в обыденной жизни нам не нужны, но, если их не задействовать, из жизни уходит что-то очень важное. Это как кислород: мы не видим его, не осязаем, не обоняем, а если не учились в школе, то и не знаем о его существовании. Но его отсутствие мы заметим очень скоро, а уменьшение его концентрации в крови может привести к фатальным последствиям. Вот и с музыкой та же история. Очевидного смысла в ней нет, денег мы ею не зарабатываем, но без неë жизнь иссушается, съëживается. Да и на жизнь, в общем-то, перестаëт быть похожей. Вспоминается, что Блок незадолго до смерти говорил, что из мира уходит музыка.

РАССКАЗАТЬ В СОЦСЕТЯХ