В современных книгах о воспитании порой встречаются такие рекомендации, что взрослые ловят себя на желании родить своих детей обратно. Причем самое трудное – не то, что мы обязаны делать, если хотим быть хорошими родителями, а то, чего делать не нужно. А именно: не заставлять, не направлять, не диктовать, не одергивать, в общем – не воспитывать. Только так можно сделать ребенка счастливым и свободным. Но и этого мало – для полного успеха такими же свободными, счастливыми и раскрепощенными должны стать сами родители. Лишь воспитав себя, мы станем достойными воспитателями своих детей.

Дима Зицер. Учёба. Учиться всегда пригодится? : на педагогической волне
Дима Зицер. Учёба. Учиться всегда пригодится? : на педагогической волне

Легко сказать! Ведь нас растили мамы и папы, не ведающие модных методик, а их самих – еще более непосвященное поколение, и так далее. И уже довольно поздно перевоспитывать первую маму, которая «вылезла понемножку из обезьянки», как говорил Оська в «Кондуите и Швамбрании» у Льва Кассиля.

Тем не менее, давайте посмотрим, что требуется сегодня от «хорошего родителя». Автор предупреждает, что эта подборка составлена несколько тенденциозно, и не стоит воспринимать ее чересчур всерьез. И все же рассматриваемые здесь идеи – отличная иллюстрация к тому, что воспитание – это сфера, в которой разбираются все, но никто так толком и не разобрался.

Педагог и писатель Дима Зицер слывёт ниспровергателем основ и разрушителем стереотипов. В книге «Учиться всегда пригодится? Учёба» он в один только вопросительный знак вложил весь свой скепсис по отношению к формальному образованию.

Что делать, если ребёнок не любит ходить в школу? Не делает домашних заданий? Не проявляет интереса к школьным предметам? А подумайте сами, говорит автор, вдруг он прав. Может, именно вашему ребёнку не нужна такая учёба. Может, он уже выбрал, чем заниматься в жизни.

Как ни крамольно это звучит, школа — не главное дело в жизни каждого ребёнка (именно это нам внушали в своё время, а мы теперь внушаем своим детям!). Более того, она вовсе не единственный и даже не лучший источник знаний. Тот, кто не хочет делать уроки, не обязательно лентяй и бездельник. Учитель не всегда прав. Оценки не важнее, чем дружба, мечты, увлечения, игры и задушевные разговоры. Образование — лишь один путь к успеху и счастью, но существуют и другие, не менее достойные.

И самое главное: школа, учёба, оценки, требования учителей слишком часто становились камнем преткновения между родителями и детьми, порождая отчуждение, которое впоследствии было очень трудно преодолеть. Согласитесь, с этим трудно поспорить. С другой стороны, перефразируя фразу, приписываемую У. Черчиллю: «Школа — наихудшая форма правления, однако ничего лучшего человечество не придумало». Или все-таки придумало?

В отличие от многочисленных теоретиков, английский педагог Александр Нилл и его коллеги воплотили свои идеи в жизнь, основав в 1921 г. школу Саммерхилл.

«Мы взялись создать школу, в которой детям предоставлялась бы свобода быть самими собой, — пишет Нилл в книге «Воспитание свободой». — Для этого мы должны были отказаться от всякой дисциплины, всякого управления, всякого внушения, всяких моральных поучений, всякого религиозного наставления. Нас называли храбрецами, но это вовсе не требовало храбрости. Все, что требовалось, — это вера: в ребёнка, в то, что он по природе своей существо доброе, а не злое. Более чем за 40 лет вера в добрую природу ребёнка ни разу не поколебалась и, скорее, превратилась в окончательную уверенность».

Нилл ниспровергает все педагогические системы и теории, даже очень открытые и передовые, вроде методики Монтессори. Это всего лишь один из способов заставить детей учиться, говорит он. А заставлять-то и не нужно! Дайте ребёнку полную свободу, и он сам захочет изучать то, что ему интересно. А если не захочет? Что ж, значит, это для него лишнее. Из детей, которые не любят учиться, вырастают отличные — и счастливые! — механики, слесари, портные, шофёры…

В Саммерхилле дети учатся и живут. При этом никто не проверяет их комнаты и не говорит им, что надевать и когда умываться. Им можно не ходить на уроки, не застилать кровати, не чистить зубы, вообще не вставать с постели. Но большинство детей делает все эти вещи без принуждения.

В этой школе все равны, и руководит не администрация, а правительство, выбираемое из учеников. Оно издаёт законы — например, с какого возраста школьникам можно курить. Взрослый читатель, разумеется, шокирован такой вседозволенностью, но сами дети прекрасно знают: если что-то запрещено, то же курение, они всё равно будут это делать, но тайком. Да и мы с вами это знаем, не так ли? Нилл убеждён: свободный человек сам найдёт свой путь в жизни, счастливый человек никогда не станет злым и агрессивным (не случайно в школе не бывает серьёзных драк). Таким образом, единственное, что мы должны своим детям — дарить им свободу и счастье.

Многое здесь перекликается с подходом Димы Зицера, плюс на стороне Александра Нилла — 40 лет практики. Нилл не скрывает, что у школы были проколы и неудачи. Но разве их не бывает в традиционной педагогике?

У книги психолога Марины Мелиа тоже на редкость говорящее название. Она называется «Отстаньте от ребёнка!». Автор исходит даже не столько из интересов детей, их счастья и свободы, сколько из здравого смысла, поскольку от воспитания, считает она, все равно никакого толку.

«Наши усилия повлиять на другого человека, прямо воздействуя на него, почти бесполезны», — пишет Марина Мелия. Поэтому не надо контролировать поведение ребёнка, одёргивать его и корректировать. Оставьте его в покое. Займитесь собой, разберитесь со своими комплексами, травмами и амбициями. От этого станет хорошо всем, и в первую очередь вашим детям.

(Не пора ли уже написать книгу под названием «Отстаньте от родителя!»?)

Автор излагает принципы воспитания сжато и чётко: свобода с ограничениями, контролируемый риск, забота без чрезмерной опеки, уважение без вседозволенности. Отдельно провозглашаются «четыре свободы»: свободное время, свободная игра, свобода выбора занятий и личное пространство.

Книга Еспера Юуля впервые вышла в Дании в 1995 году и для своего времени была почти революционной. В оригинале она называется Ditt kompetenta barn – дословно «Ваш компетентный ребенок» (издатели предпочли название «Дети страны хюгге»). Автор абсолютно уверен: наши дети умнее, чем мы думаем, причём с рождения. Они сами знают, как с ними нужно обращаться и как их воспитывать.

Другие постулаты Юуля: дети всегда готовы идти нам навстречу, это мы игнорируем их желания; ребёнок с младенческого возраста отвечает за своё личное пространство (сам решает, хочет ли он есть, спать, холодно ли ему и т.д.). Автор разделяет модное положение о том, что родители должны прежде всего воспитать себя. Но направление этого воспитания зависит от ребёнка: он знает, что ему нужно, и может научить этому родителей, способных слышать и понимать его. (Бедные родители, снова их все учат…)

Отдельная глава посвящена подросткам, и тут автор категоричен: в подростковом возрасте детей воспитывать поздно, вы только травмируете их личность. «Лучшее, что родители могут сделать для себя и ребёнка, — пишет Юуль, — отойти в сторону и наслаждаться результатами своей тяжёлой работы прошлых лет. Даже если вы не в восторге от того, что видите, — наслаждайтесь! (…) Если вы не видите совершенства в своём подростке — посмотрите в зеркало!».

Итак, свобода и счастье – вот девиз, начертанный на знамени современной педагогики. А вот в XIX веке на первом месте стояли другие ценности — честь, репутация, служение обществу. Родители викторианской эпохи, пожалуй, очень удивились бы, если бы их спросили, насколько свободны и счастливы их дети. В те времена счастье и свобода личности в приоритеты воспитания не входили. Задачи воспитания были иными — научить маленького человека исполнять свои обязанностей во взрослом возрасте. Ради этого ребенка можно было не только заставлять учиться, но и наказывать, бить, лишать еды. О методах, принятых в семьях аристократов Великобритании и Северной Америки, с тонким английским юмором рассказывает историк Тереза О’Нилл в своей книге «Неуправляемые. Гид по воспитанию безупречных детей от родителей викторианской эпохи».

Большинство вещей, о которых пишет автор, сегодня кажутся нам дикими. Но можем ли мы считать тех, кто прибегал к этим методам, плохими родителями? Детей любили всегда, даже в самые смутные времена. А юные англичане и американцы, выросшие в холодных викторианских дортуарах, по большей части становились достойными людьми и жили счастливо. Или нет?..

Как бы то ни было, за последние 200 лет педагогика пережила столько перемен, метаний и зигзагов, что вполне логично было бы вернуться назад и посмотреть, откуда мы пришли и от чего отказались. Ведь, возможно, наши нынешние педагогические принципы тоже когда-нибудь будут вызывать ужас и смех.

РАССКАЗАТЬ В СОЦСЕТЯХ