Наш лейтенант

ru.wikipedia.org
ru.wikipedia.org

Сегодня, 1 января, Даниилу Гранину исполнилось бы 100 лет.

Советский и российский писатель, киносценарист, общественный деятель, ветеран Великой Отечественной войны, Даниил Александрович, конечно, не детский автор. Но мы не можем пройти мимо этой даты, ведь Гранин — не просто явление культуры, но человек-эпоха, умевший силой собственной воли, менять мир вокруг себя. Делать его честнее и справедливее. Это ли не пример для наших детей?
Знаковой для Гранина стала «Блокадная книга», написанная совместно с Алесем Адамовичем на документальном материале. В последние годы Гранин посвятил себя мемуарам, выпустил «Причуды моей памяти», «Всё было не совсем так», романы «Мой лейтенант» и «Заговор».
В канун Нового года в «Редакции Елены Шубиной» вышла книга «Последняя тетрадь. Изменчивые тени», куда вошли новые, ранее не публиковавшиеся тексты с предисловием Якова Гордина.
«Однажды Даниил Александрович заметил, что хотел бы написать книгу ни о чем, «ведь, если вдуматься, жизнь проходит без сюжета. Живем по обстоятельствам, как в незаконченном повествовании, в этой повести нет логического конца, нет завершения, нет эпилога…» Такую книгу вы держите сейчас в руках», — пишет о «Последней тетради» редактор-составитель Наталия Соколовская.

Отдавая дань памяти Даниилу Александровичу Гранину в его день рождения, мы публикуем несколько отрывков из этой книги.

РЕЧЬ НА СВОЕМ ЮБИЛЕЕ

Когда я сидел на чужих юбилеях, я ждал, что скажут сами юбиляры, это было самое интересное, потому что я надеялся узнать, как надо жить правильно, как живут красиво, деятельно, ибо все, кому отмечают юбилеи, конечно, достойны восхищения, то есть, достойны или не достойны, я не знаю, но говорят о них обязательно с восхищением.

Однако юбиляры своих секретов почему-то не открывают.

И вот так, ничего не узнав, я добрался наконец до своего юбилея. Кто-то сидит в зале и опять ждет, что я что-то им открою.

Попробую открыть. Я, например, понял, что заслуживаю похвал прежде всего потому, что дожил до нынешних лет, это удается не каждому, и, естественно, те, кому удается, считают себя достойными похвал и достойными того, чтобы учить других, как надо дожить, тем более что, не дойдя до этого юбилея, невозможно будет справить следующий.

Пожарных хвалят за потушенные пожары, писателей – за написанные книги. Конечно, каждый труд уважаем и почетен, однако насчет писательского у меня есть некоторые сомнения, поскольку писать – это удовольствие, а если человек получает удовольствие, то надо платить за это удовольствие, а тут ему деньги платят за то, что он получает удовольствие, так в чем же тут его заслуга?

Почему лично я стал писателем? Потому что с детства мечтал поздно ложиться спать, а еще больше мечтал о том, чтобы поздно вставать.

Иногда писать неохота, но потом вспоминаешь, что, оказывается, это удовольствие, – и садишься. Чем больше пишешь, тем меньше понимаешь, как это делается, и тем меньше получаешь удовольствия.

Моя заслуга состоит в том, что я избавил всех от торжественного заседания, прежде чем сесть за банкетный стол, пришлось бы слушать адреса, телеграммы и художественное чтение. Юбилей – дело отнюдь не серьезное и не повод для размышлений о жизни, раньше надо было размышлять, юбилей нужен для того, чтобы вас всех собрать, и не тех, кто зачем-то нужен, а только тех, кто необходим…

ОДИНОЧЕСТВО

Прелесть одиночества была в детстве. Мир взрослых отделен был от меня делами, непонятными разговорами, я в них не вникал. Позднейшие одиночества были попыткой отгородиться, уйти к себе. В детстве для этого не требовалось усилий. Я был предоставлен своей фантазии. Неясные мечтания складывались в путешествия, придуманные страны, приключения. Истинный смысл вещей был заменен измышлениями. Никакие знания, реальности не сдерживали. Что такое настоящее одиночество? Полная свобода выражения. Достаточно узора на обоях, там можно скользить, прятаться. Крыльцо – это крепость. Я понимаю птичий язык и слышу, как переговариваются муравьи. Я плыву, куда, зачем, не знаю. Ветер желаний всегда попутный.

Одиночество – это для себя, чистое искусство.

Детское одиночество наполнено до отказа. Там не бывает скуки. Оно не томит. Иногда оно требует взрослых, бывало, меня тянуло в тепло отца, это уютное ощущение отдельности.

Я наблюдал черного дрозда в нашем саду. Он гулял, рылся в траве. Прилетел другой дрозд. Они чирикнули друг другу и разлетелись. Видно было, что они не нуждались в общении. Они свободны от дружбы, от тяги к себе подобным. Постоянной тяги, что есть у человека. Так ведут себя и собаки, только голод заставляет их соединиться в стаю. Гуляя с моей колли Олесей, я замечал, что ее не всегда тянет к другим. Иногда она проходит мимо равнодушно. И белке нужны только ее бельчата. Белке достаточен лес, земля, ветер.

Животные умеют жить в одиночку.

КАК ЖИВУТ ЛИСТЬЯ

Какое у меня было настроение? Никакого у меня не было настроения. Ни хорошего, ни плохого, обычная озабоченность всякими несделанными делами, домашними да служебными, да еще какими-то попутными: сыр или плавленые сырки, вареная колбаса или сосиски – так и живется заботами вместо настроения.

Иду, значит, без всяких чувств и вижу – лежат сграбленные в кучку листья. Осень была. Сухо. Чуть они шевелятся. Но лежат. Почернели уже. Подошел я и зачем-то сунул туда ногу, поворошил их. Внутри тепло. Это я даже через ботинок почувствовал. И запах. Горький, а приятный. И тут я вспомнил, как шел весной этой же дорогой и как радовался зеленым листочкам. Они все тут и лежат, отзеленев, отшумев. Вычерпали солнце своими ладошками, отдали его стволу, опоясали новым кольцом древесным и пали на землю. Вот оно, поколение этого лета.

Хотелось бы так уйти, тоже оставив свое кольцо в стволе.

РАССКАЗАТЬ В СОЦСЕТЯХ: