Роман Асечкин ТАСС
Фото: Роман Асечкин/ТАСС

Алексей Варламов, писатель и публицист, а также ректор Литературного института, вспомнил, как мечтал свергнуть всех латиноамериканских диктаторов, а также рассказал, чего лучше придерживаться в жизни, а чего опасаться.

Врали ли вы родителям и если да, то в каких случаях? Есть ли случаи, когда ложь родителям в детстве оправдана?
Да, конечно, врать приходилось. И довольно часто. И с оценками, и с разными шалостями, и с нарушением всяческих запретов. Не заплывать далеко, не уходить со двора, не кататься на санках с кручи, а позднее в старших классах, когда мы стали выпивать да покуривать, и вовсе беда. У меня родители строгие были чересчур, так что ложь была необходимой самообороной.

Где проходит та граница, после которой жаловаться – уже не ябедничать, а информировать о проблемах?
А нет такой границы. Есть конкретные случаи. Но если что-то угрожает безопасности, твоей или других людей, тогда наверное. Впрочем, страх оказаться стукачом я очень хорошо понимаю.

Какова была ваша «тактика» завоевания первой любви? Признаваться в ней стоит вербально или невербально?
Дурак был и особой тактикой не владел. Тырился все время на Ирку Шуваеву (одноклассницу), и точка. Надо было по-другому. Сейчас бы, если вернуть то время, точно и вербально, и невербально – по-всякому бы стал чувства выражать.

Можно ли отвечать силой на слова?
Иногда по-другому просто нельзя.

Без чего не бывает настоящего детства?
Без велика. И без костров.

Делать домашнее задание сразу или в последний момент?
Лучше сразу. Чтоб не висело. Я больше всего любил, когда прямо в школе на уроке успеваешь сделать. На литературе математику, на истории химию. Ну то есть на устных предметах – письменные. А сами устные – я в школу на метро ехал – по дороге прочитывал и запоминал. По английскому нам СанСанна (учительница) велела ситуации с новыми словами выдумывать, тоже по дороге сочинял.

Главные ошибки детства и отрочества?
Желание угодить учителям, родителям, одноклассникам, вообще кому угодно в ущерб своему «я». Скромность, стеснительность, застенчивость, робость – страшные вещи, если идти у них на поводу. Особенно для парня. Зато, когда их преодолеваешь, ты молодчина!

Кем вы мечтали стать в детстве?
Много кем – от физика-ядерщика до профессионального революционера. Последней мечтой был особенно отравлен, учил испанский и мечтал удрать в Латинскую Америку, ибо на родине все уже было сделано и казалось ужасно скучным, пресным.

Какие коллекции вы собирали в детстве?
Марки, но так, немного. В принципе коллекционирование в силу моей природной неаккуратности было мне чуждо.

Что предпочитали – мультфильмы или книжки?
Мультфильмы, но только потому, что их показывали не так часто. А книжки были со мной всегда. Поэтому первые казались привлекательней, хотя удельный вес прочитанного был в разы больше, и своим детским книжкам я благодарен бесконечно!

Какое ваше любимое время года в детстве и сейчас, почему?
Ну тогда, естественно, лето, потому что нет школы, зато есть Купавна (дача под Москвой) с ее свободой. И еще весну, когда все тает, течет и можно пускать кораблики. А сейчас все люблю, но, может быть, больше всего – осень. Правда, не по-пушкински позднюю, а раннюю – конец августа, сентябрь.

Кто был вашим кумиром в детстве?
Разные люди, безусловно. В начальной школе – футболисты и хоккеисты (особенно Третьяк), а в какой-то период, в силу моей зацикленности на латиноамериканской идее – чилийский певец Виктор Хара, Сальвадор Альенде, Луис Альберто Корвалан (это сын самого Корвалана), ну и Че Гевара, который тогда еще не был таким модным и про него вообще мало кто знал.

Вы были хулиганом или хорошим мальчиком?
Старался охватить весь диапазон, но хулиганом, к сожалению, получалось несколько хуже.

Какую магическую способность вы хотели себе в детстве?
Совсем маленький мечтал, чтобы я мог полететь к звездам на игрушечной ракете. А когда подрос – играть на гитаре. Это была для меня магическая вещь, потому что, лишенный слуха, играть на ней я так и не научился. А очень хотел и завидовал тем, кто умел играть и петь.

Любимый и нелюбимый урок в школе?
Это от учителей шло. Поэтому в какой-то момент любимыми были физика и биология. А чего терпеть не мог, так это математику. Притом что сама математичка Елена Викторовна мне очень нравилась – молодая, красивая, чувственная. Но до сих пор страшные сны снятся, что чего-то по математике не выучил. В отличие от физики, она для моих мозгов была слишком абстрактной. Литературу и русский не любил, хотя учился по ним хорошо.

Вспомните самую жуткую страшилку из вашего детства? Или самый смешной анекдот?
В раннем детстве – красная перчатка. До дрожи боялся, что она придет и убьет моих родителей. Это было даже страшнее, чем меня самого.

Самая ценная вещь из детства.
Помимо велика, четырехколенная удочка, которую папа подарил мне на день рождения.

Ваша заветная детская мечта.
Из вещей – набор юного химика за 15 рублей (бешеные в ту пору деньги), который мне так и не подарили, хотя я очень просил, и устраивать взрывы на кухне приходилось из подручных средств – перекиси водорода, марганцовки и чего-то еще, не помню. Из понятий более абстрактных – свержение всех латиноамериканских диктатур.

Самое любимое лакомство в детстве.
О, это класс! Рогалики за пять копеек во всех булочных (почему их сейчас никто не делает – не понимаю), пирожки за десять копеек у станции метро «Автозаводская», сушеный картофель опять же за 10 копеек с девочкой в матроске на пакете, ну и главный приз – мороженое за 28 копеек, но не «лакомка», а с орехами.

Лучшая детская игра всех времен и народов.
Американка, штандер, двенадцать палочек, казаки-разбойники, да и просто прятки. Не знаю, что выбрать. Все любил!

В детстве вы предпочитали быть как все или «белой вороной»?
Предпочитал быть как все, а был, скорее, вороной. Не очень белой, ну так – белесой.

Были ли у вас в детстве горькие потери? Как вы с ними справлялись?
Однажды я поймал в Бисеровском озере зеркального карпа на ту самую подаренную папой четырехколенную удочку, а по дороге у меня его отняли деревенские пацаны (мы с ними враждовали одно время, потом подружились). Переживал ужасно, главным образом потому, что никому не мог доказать, что карп был! Зато много лет спустя сочинил рассказ «Как ловить рыбу удочкой» про этого карпа.

Если бы у вас была возможность написать письмо самому себе в детство, какой совет вы бы себе дали?
Ничего, Алешка, не бойся, никого особо не слушайся, плюй на оценки и живи своим умом на всю катушку. И обязательно закадри Шуваеву!

РАССКАЗАТЬ В СОЦСЕТЯХ: